Сколько лет человек может жить с эпилепсией

Детская эпилепсия: что нужно знать родителям?

Эпилепсия является одним из распространенных неврологических заболеваний как у детей, так и у взрослых. Тем не менее, вокруг этой болезни возникло множество мифов и заблуждений. Что знает большинство людей, которые никогда не сталкивались с эпилепсией близко? То, что на Руси ее называли «падучей», и то, что при приступе надо вложить в рот человеку деревянный предмет, чтобы он не задохнулся и не прокусил себе язык.

Сбор статистики по эпилепсии у детей затруднен тем, что далеко не каждый ребенок с эпилептическими припадками попадает на учет к эпилептологу. И тем не менее, по некоторым оценкам, количество детей с эпилепсией может достигать 5%. Всего же в мире этому заболеванию подвержены более 50 млн человек, причем 80% из них проживают в странах со средним и низким уровнем дохода. Во многих странах людям с эпилепсией довольно тяжело жить – они подвергаются социальной дискриминации, поэтому проблема, несомненно, очень актуальна.

Узнать от врача, что ребенок болен эпилепсией, – нелегкое испытание для родителей. Давайте попробуем разобраться в том, какие утверждения в отношении эпилепсии правдивы, а какие являются ложными.

При эпилепсии всегда происходят потеря сознания и судороги

Это не так. Эпилепсия имеет множество форм. Условно можно разделить их на три категории:

  • парциальные припадки;
  • генерализованные припадки;
  • неклассифицируемые припадки.

При парциальных припадках ребенок может находиться в сознании или испытывать нарушение сознания. Проявления зависят от того, в каком участке головного мозга расположен поражающий очаг. Иногда парциальные припадки проявляются кратковременным онемением пальцев, ощущением ползающих мурашек, галлюцинациями.

Генерализованные припадки ближе всего по описанию к широко известным симптомам. Тот вариант, когда больной падает, закатывает глаза, у него возникают судороги и идет пена изо рта, называется тонико-клоническим приступом. Однако у детей не менее распространены так называемые малые припадки – абсансы. Они продолжаются всего несколько секунд, и если ребенок в это время сидит или лежит, он не успевает упасть. До поры до времени такая проблема остается незамеченной родителями: кажется, что ребенок просто о чем-то крепко задумался.

Наконец, некоторые приступы – в том числе судороги новорожденных, фебрильные судороги, судороги при острых метаболических нарушениях – не относятся ни к парциальной, ни к генерализованной формам эпилепсии.

Частота припадков зависит от уровня возбуждения человека

Ученые много лет изучают факторы, влияющие на возникновение приступов. Корреляция в ряде случаев, несомненно, существует: например, у некоторых детей мелькание кадров или мерцание экрана телевизора, компьютера могут спровоцировать приступ. Однако выявить четкую взаимосвязь, как правило, невозможно, как и предугадать частоту припадков.

Если большие приступы относительно редки и после них ребенок, как правило, засыпает, то количество абсансов доходит до нескольких десятков и даже сотен в сутки. Проблема полноценности социальной жизни людей с эпилепсией во многом связана именно с непредсказуемостью припадков: они могут застигнуть человека на улице, в автобусе, в бассейне или на работе.

Люди с эпилепсией долго не живут

Это подмена понятий, что родителям обязательно нужно понимать. Эпилепсия сама по себе не приводит к смерти и не влияет на продолжительность жизни, однако риск травматизма при ней весьма повышается. Поэтому крайне важно, чтобы все люди, которые окружают ребенка, – не только родители и родственники, но и воспитатели в детском саду, и учителя в школе – знали, как правильно вести себя во время приступа у ребенка, чтобы снизить вероятность травмирования.

Эпилепсия неизбежно ведет к умственной отсталости

Это вторая причина страхов родителей после страха перед возможной гибелью ребенка. Мысли о том, что малыш никогда не сможет стать полноценным членом общества, невыносимы и зачастую сопряжены с чувством стыда.

Между тем в историю вошли множество людей, которые в той или иной форме страдали эпилепсией. Петр I, Гай Юлий Цезарь, Наполеон Бонапарт, Федор Достоевский, Гюстав Флобер, Леонардо да Винчи и Никколо Паганини – это далеко не весь список знаменитостей, страдавших «падучей». А еще, по мнению историков, эпилепсией страдал сам апостол Павел.

Тем не менее, эпилепсия действительно может оказать негативное влияние на развитие ребенка: при каждом приступе в коре головного мозга гибнет часть нейронов. Это самый веский аргумент в пользу раннего лечения: приступы необходимо купировать! Если родители отказываются лечить ребенка, возможны необратимые последствия. При адекватной терапии и сокращении количества приступов до минимума ребенок сможет посещать детский сад (школу, институт) наравне со здоровыми сверстниками.

Эпилепсия не лечится

Это неправда. В подавляющем большинстве случаев (70%) она лечится крайне успешно. Более того, у детей есть возможность «перерасти» свою болезнь. Если приступы не возобновятся после отмены противосудорожных препаратов, то ребенок будет снят с учета у эпилептолога. Однако все зависит от формы заболевания и причин, его вызвавших.

Нельзя терять драгоценное время и пытаться вылечить малыша у знахарей, народных целителей, «бабушек» и прочих приверженцев нетрадиционной медицины. Обратиться к неврологу нужно немедленно, после первых же приступов, в любом их проявлении. Главное достоверное обследование – электроэнцефалография головного мозга, позволяющая зафиксировать вспышки патологической активности.

Ребенок не в состоянии понять, что с ним происходит: он не помнит своих приступов и того, что с ним случилось в это время. Но если реакция взрослых неадекватна, он может со временем замкнуться в себе и считать свою болезнь чем-то постыдным, стесняясь сверстников и уклоняясь от общения с ними. Именно в силах родителей создать комфортную и нормальную жизнь своему ребенку, не заостряя внимания на его болезни, но в то же время обеспечив лечение.

Использованные источники: www.neboleem.net

ВАС МОЖЕТ ЗАИНТЕРЕСОВАТЬ :

  Может ли ээг вызвать приступ эпилепсии

  С похмелья приступ эпилепсии что делать

  Как вы лечить приобретены эпилепсии

  Растения против эпилепсии

Жизнь с эпилепсией

Отношение детей и взрослых к этому заболеванию разное, дети не ощущают своих проблем, не осознают сложности этой ситуации. Врачам следует предупреждать родителей о том, чтобы они, с одной стороны, осуществляли ненавязчивое наблюдение за ребенком в плане контроля за терапией, с другой стороны, не использовали это заболевание в качестве манипулятора в своих взаимоотношениях. Если это маленький ребенок, то он может почувствовать гиперопеку и атмосферу охранительной среды, которая может ему больше понравиться, чем обычное окружение и, тем самым, позволит ему манипулировать взрослыми с помощью этого заболевания. С другой стороны, тревожное состояние родителей ребенок тоже будет ощущать и, соответственно, подстраивать себя под эти неправильные настроения, но осознания сложности проблемы у него, как правило, не происходит.

У взрослых ситуация другая. Взрослый пациент психологически воспринимает диагноз достаточно травматично, потому что его жизненные ориентиры будут подвержены коррекции, и какие-то жизненные планы могут перестраиваться. Женщина обычно начинает задавать себе вопросы: как это заболевание повлияет на уже родившихся и будущих детей, насколько теперь она будет востребована в личной жизни. Возникают опасения и масса вопросов, начиная от карьерного роста и кончая личностной реализации. Не говоря о том, что у взрослого человека тревожные состояния ожидания приступа, страх этой неизвестности больше развиты, что само по себе является причиной развития тревожных и депрессивных расстройств.

Задача окружающих – родственников и близких людей – поддержать человека в это время и сообщить, что взрослая эпилепсия удачно вылечивается. Подбор терапии займет относительно небольшой период, после которого жизнь человека не будет отличаться по своей интенсивности от жизни обычного человека.

В первый период подбора терапии человек максимально нуждается в эмоциональной поддержке. Но эта поддержка должна быть ненавязчивой, потому что избыточное внимание и внедрение (под видом контроля за состоянием пациента) в его личное пространство накладывает дополнительный депрессивный груз на пациента. Некоторые перестраховки уместны, например, если больного просят не закрывать дверь в ванную комнату, чтобы в случае приступа можно было быстро оказать помощь. Само по себе тесное ограниченное пространство со стеклянными предметами, твердыми поверхностями и большим количеством углов может быть травматичным в случае падения. Также, если это происходит в уборной. Можно вывешивать, как в гостинице, таблички «занято», «не входить», чтобы пациент, даже находясь в интимном пространстве, не чувствовал себя дискомфортно, боясь, что на малейший грохот кто-то к нему ворвется и застанет его в раздетом виде.

Также не следует беспокоить пациента звонками по несколько раз в день. Тревогу родителей можно понять, но иногда пациенту ставят в вину свое состояние обеспокоенности: «Я волнуюсь за тебя, и поэтому ты должен». Надо понять, что тревоги родителей должны оставаться с родителями и не должны перекладываться на плечи ребенка, если это уже самостоятельный подросток или молодой взрослый.

В целом, вопросы стигматизации пациентов действительно являются актуальными. Качество жизни пациентов с эпилепсией резко снижается именно за счет негативного или осторожного отношения общества, поэтому врачи на приемах тратят много времени, чтобы правильно настроить близкое окружение пациента и рассказать об информационных программах, первой помощи при этом заболевании. Если у взрослого человека или подростка нет когнитивных нарушений, то наличие эпилепсии никак не должно сказываться на отношении к нему ни в сторону поблажек, ни в сторону ограничений.

К сожалению, из исторических времен тянется шлейф предубеждений, который транслируется на пациента в виде запрета заниматься на компьютере, слушать музыку в наушниках, играть в планшет, летать на самолетах. Есть еще и другие ограничения – физические нагрузки, употребление кофе, газированных напитков. Но все эти ограничения не имеют никакого обоснования, а только значимо снижают качество жизни, и не имеет смысла их придерживаться.

Ограничения у пациентов с эпилепсией касаются исключительно ситуаций, в которых во время приступа могут увеличиваться риски травматизации больного, либо пациент может стать опасным для других людей. Поэтому наличие эпилепсии не позволяет людям водить автомобиль.

У некоторых пациентов есть фотосенситивность, она выявляется при лабораторных тестах во время проведения энцефалограммы. Если у пациента фотосенситивная форма эпилепсии, то ему рекомендуется носить солнцезащитные очки и избегать мелькающего света. Но это не значит, что нельзя посмотреть фильм или послушать какой-то концерт.

Есть небольшое количество форм эпилепсии, при которых недосыпание будет провоцирующим фактором. Именно этим пациентам рекомендовано соблюдать режим: ложиться спать по часам и вставать по часам, то есть промежуток сна должен выдерживаться. В некоторых случаях, когда приступы носят только провоцируемый характер и возникают при резких нарушениях режима сна, врачи воздерживаются от назначения противосудорожной терапии. В качестве альтернативной меры рекомендуется именно соблюдение режима сна. Но это единичные моменты, а большинство пациентов принимают препараты и при такой форме поддержки устойчивость к недосыпаниям у них становится больше.

Важный момент – это необходимость ограничения приема алкоголя. Но ритуальный прием алкоголя в виде бокала вина или пива не спровоцирует приступ и не вступит во взаимодействие с противосудорожным лечением. Курение не провоцирует развитие эпилептических приступов, хотя, безусловно, вредит здоровью.

Использованные источники: spravka.neinvalid.ru

ВАС МОЖЕТ ЗАИНТЕРЕСОВАТЬ :

  Криптогенная эпилепсия с полиморфными

  Эпилепсия из-за отека головного мозга

  Как вы лечить приобретены эпилепсии

Как жить с эпилепсией

Эпилепсия – это тяжёлое хроническое заболевание, которое характеризуется наличием приступов. Для многих людей постановка такого сложного диагноза становится страшным ударом. Они задаются вопросом, как жить с эпилепсией полноценной жизнью.

Специалисты Юсуповской больницы утверждают, что жизни их пациентов с таким диагнозом могут быть плодотворными и полноценными, если придерживаться некоторых простых правил. Эти правила и установки помогут справиться со всеми возникающими проблемами. Главное, нужно знать, что и как делать в определённых ситуациях. Доброжелательный персонал Юсуповской больницы поможет освоиться в жизни с диагнозом эпилепсия.

Сколько живут люди с эпилепсией

Учёные современной медицины проводили ряд исследований по уровню и срокам жизни людей больных эпилепсией. Как показывает статистика исследований, большинство смертей эпилептиков – это суициды и несчастные случаи. При этом средний возраст погибших составлял всего 35 лет. Шестая часть из исследуемой группы погибла в результате несчастных случаев. Четверть из них страдала психическими расстройствами. Такие закономерности не наблюдаются среди родственников эпилептиков и обычных людей.

Тщательная и точная диагностика эпилепсии, а также лечение психических расстройств значительно помогут снизить риск преждевременной смертности больных эпилепсией. Так, главной задачей при выборе лечения эпилепсии является установление истинной причины и формы заболевания. От этого зависит эффективность лечения и, как результат, возможность полноценной жизни для больного эпилепсией.

В Юсуповской больнице врачи профессионально проводят все известные науке методы диагностики для точного определения формы эпилепсии и установления её истинной причины. Специалисты очень ответственно относятся к выбору правильного курса лечения этого тяжёлого заболевания.

Как жить с эпилепсией? Простые правила

Людям, страдающим эпилепсией, важно знать, что этот недуг не является неизлечимым. При правильно выбранном курсе лечения эпилептические приступы постепенно начнут уменьшаться и, таким образом, не будут вносить много корректив в размеренную жизнь человека. Также бывают ситуации, когда болезнь отступает полностью. Если на протяжении пяти лет и более у человека не возникало никаких приступов и психических расстройств, то он может рассчитывать на снятие диагноза «эпилепсия». В ходе лечения для поддержания комфортной и полноценной жизни в обществе специалисты рекомендуют придерживаться следующих правил:

  • регулярно посещать лечащего врача. Для того чтобы контролировать болезнь и, в случае необходимости, оказания своевременной помощи пациенту, врач должен быть всегда осведомлён о том, как протекает болезнь пациента;
  • бесперебойный приём лекарственных средств. Важно всегда следовать инструкции врача и ни в коем случае не пропускать и своевольно не отменять приём противосудорожных средств;
  • физические нагрузки и прогулки под солнцем стоит ограничивать;
  • важно соблюдать режим дня и иметь качественный и достаточный сон;
  • нельзя водить транспортные средства, так как неизвестно, когда именно может случиться следующий приступ. Если в течение двух и более лет не было ни одного приступа, лечащий врач может рассмотреть запрос о вождении автомобиля;
  • без присмотра не стоит посещать бассейны и водоёмы, плавать в открытом море. Также стоит ограничиться принятием душа, а от ванны отказаться;
  • не следует принимать алкоголь, наркотики, а также курить сигареты. Такие вредные привычки могут спровоцировать новые приступы;
  • следует избегать громких и ярких мероприятий, таких как концерты, дискотеки. Также не рекомендуются видеоигры;
  • нужно отказаться от ночных дежурств и чередовать фазы работы и отдыха;
  • желательно поставить в известность коллег о диагнозе эпилепсия. Они должны знать, как оказать помощь, если случится приступ.

Диагностика и лечение эпилепсии

Эпилептические приступы связаны с патологической электрической активностью головного мозга. Иногда врачам приходиться неоднократно проводить диагностику для определения точного диагноза. Могут потребоваться дополнительные методы исследований для определения неправильных электрических разрядов. Для того чтобы подобрать эффективный противоэпилептический препарат, необходимо досконально изучить симптоматику и провести ряд обследований. В Юсуповской больнице пациенты проходят обследование на современном, точном и надёжном оборудовании, что помогает установить точную причину развития болезни и выявить её форму.

Основное лечение эпилепсии включает регулярную, длительную лекарственную терапию с обязательным соблюдением здорового образа жизни. Задать все интересующие вопросы касательно эпилепсии можно на консультации у эпилептолога в клинике неврологии. Записаться можно по телефону Юсуповской больницы.

Использованные источники: yusupovs.com

ВАС МОЖЕТ ЗАИНТЕРЕСОВАТЬ :

  Криптогенная эпилепсия с полиморфными

  Эпилепсия передается по наследству внукам

  Эпилепсия симптомы признаки причины последствия

  Обморок различие эпилепсией

Как я научилась жить с эпилепсией

Сейчас я и мой диагноз «эпилепсия», можно сказать, подружились. Мы как будто бы раньше просто встречались, а сейчас поняли, что всё у нас серьезно, и решили съехаться. Жить с эпилепсией я раньше не собиралась, но сейчас учусь. Она накладывает на мою ежедневную рутину не такие уж непримиримые ограничения, но они всё равно наводят тоску. Порой возникает ощущение, как если бы ты запланировал насыщенные выходные с друзьями, а тебя, как в детстве, загоняют домой раньше времени — только ты-то уже взрослый. Мы с ней очень разные: я человек совершенно не умеренный, люблю всё делать, как будто завтра конец света, спонтанно веселиться, проливать сотни кубометров воды за разговорами до утра и не иметь режима дня, а она живет по часам, очень последовательная, осмотрительная и не пропускает последний поезд в метро только потому, что «долго спорили про категорию абстрактного». Скучная она, в общем.

Текст: Дарья Эванс-Радова

долго не была готова впустить ее в свою жизнь, считаться с ее правилами и условиями, прислушиваться, нет ли у нее мелких мышечных подергиваний — потому что если они есть, то лучше сворачивать лавочку и идти спать. Она моя полная противоположность, но я должна с ней считаться,

потому что так уж случилось, что от нее зависит качество моей жизни да и она сама в целом.

Если отбросить все экзистенциальные подтексты происходящего со мной, то два с половиной года назад у меня случился первый эпилептический припадок. Мне на тот момент было 22 года — жизнь только на-чи-нает-ся! До этого момента никаких «судорожных вестников» в моей жизни не было. Но в один прекрасный майский (действительно майский) день я вышла из своей квартиры в доме Наркомфина в Москве, сделала десять шагов и упала аккурат рядом с американским посольством. Как выяснилось позже, пролежала я там около двух часов. Первое, что помню, — как очнулась в машине скорой помощи, рядом какие-то люди держат меня за руку и говорят по-английски. Они оказались американскими баптистами и на прощание вручили мне «Холи Байбл». Я тогда решительно не понимала, что со мной произошло, почему у меня прокушены язык и щека, а тело готово свалиться под собственной мышечной тяжестью. Такого со мной никогда не случалось. Я отделалась парой синяков и легким испугом. На вопрос медсестры: «У вас эпилепсия?» — уверенно ответила: «Нет», — и подписала отказ от экстренной госпитализации. Потом я несколько часов бессознательно бродила по городу — тогда я еще не знала, что после припадка не сразу восстанавливается память и адекватное нормальному восприятие действительности. Когда я пришла в себя, то, увы, особого значения случившемуся не придала. Ну, бывает. Наверное…

Я решительно не понимала, почему у меня прокушены язык и щека

Тот приступ стал открывающим номером в концерте, который, как я теперь знаю, обещает затянуться на всю мою жизнь. Сейчас наш уговор с эпилепсией таков, что я пью по 4 таблетки в день — столько нужно, чтобы меня не сбил с ног разряд очередного припадка. Больше не стою в метро у края перрона, держусь подальше от воды, а также если захочу, то вряд ли смогу стать хирургом или парикмахером из-за случайных подергиваний конечностей. Лечить зубы приходится только в клиниках, при которых существует бригада скорой помощи, так как анестезия может спровоцировать припадок. Я ношу с собой специальную карточку с предупреждением, что у меня эпилепсия, что делать, если у меня случится «эпизод», моим адресом, телефоном врача и близких. Кроме того, я не могу позволить себе больше бокала вина и вечеринки до утра: алкоголь и бессонные ночи — главные триггеры приступов. Самое большое разочарование в том, что я больше не могу работать ночью, — писать в это время суток было для меня максимально продуктивным. Я, можно сказать, эдакий невольный ЗОЖовец. Я даже научилась завтракать стабильно — чувствую себя будто в санатории. Как только просыпаюсь, нужно выпивать первые две таблетки, а если сделать это на голодный желудок, то стошнит. Плюс следом я закидываюсь таблеткой фолиевой кислоты — чтобы содержать в порядке мою женскую репродуктивную систему, которая грустит от ударной дозы противоэпилептических медикаментов.

Когда новость о моем заболевании покинула круг близких знакомых, то многие из моего окружения, с кем у меня были напряженные отношения, с радостью заключили: «Чокнутая эпилептичка». И списали все наши проблемы во взаимопонимании на мой характер, якобы отягощенный заболеванием. Впоследствии даже родственники эксплуатировали мой диагноз в семейных дебатах — нет ничего хуже снисходительного: «Ну ты же не здорова». Очень важно в сам по себе непростой момент знакомства со своим заболеванием не поверить в то, что тебе будут навязывать окружающие, даже самые близкие. Либо давать жесткий отпор, либо наплевать, как я и сделала: если кому-то удобно списать меня к «чокнутым эпилептичкам», то они все very welcome.

Однако, действительно, часто при эпилепсии возникают глубокие изменения личности — в психиатрии даже существует понятие эпилептоидного типа. Среди его качеств: возбудимость, напряженность, авторитарность, скрупулезность, мелочная аккуратность, педантизм. Но, как бы ни хотелось того некоторым моим знакомым, у моего типа эпилепсии другая акцентуация характера — более того, звучит она практически диаметрально противоположно. Как правило, со стороны психики, это характерологические особенности по типу непостоянства, поверхностности, недостаточной критичности, недооценки заболевания. Не скрою, часть из перечисленного действительно обо мне, и, когда я об этом прочитала, меня это повергло в изумление, возникло чувство, что всё уготовано заранее. Хорошо, что эти мысли быстро прошли: я не хочу думать, будто я — это мое заболевание. И что оно решает, кем мне быть, а кем нет, человеком какого качества и склада. Целостная картинка меня, как я говорю себе, гораздо больше этого маленького судорожного кусочка. Психиатра мне, правда, время от времени придется посещать, но больше для того, чтобы протоколировать, не дают ли о себе знать побочные эффекты препаратов, которые я принимаю.

О том, что ты фактически, несмотря на прием препаратов, можешь умереть, если припадок случится в неудачных обстоятельствах, лучше не думать — хотя накрутить себя можно. Но, на худой конец, так и пресловутого кирпича можно бояться. Самое верное, что может сделать человек с эпилепсией, — это играть по ее правилам и следовать, как бы больнично это ни звучало, режиму. Эпилепсия не любит «но» или «сегодня можно». Нельзя — ни сегодня, ни через месяц. Какое-то время я чувствовала себя на поводке: хочу засидеться за полночь с друзьями, как — раз! — поводок натягивается. «Хочется, а нельзя» случается часто. Первое время это раздражает, а потом животный страх за свою жизнь заставляет смиренно подчиниться установленному заболеванием порядку. Помню, как мне не хотелось начинать прием препаратов — не только потому, что пожизненные таблетки создают чувство неполноценности. Во многом из-за жестких побочных эффектов — от суицидальных намерений до диареи. Мне казалось, таблетки вмешаются в работу моего мозга и я превращусь в кого-то другого. Того, кто мне, быть может, даже не понравился бы. Потом я поняла, что выбор невелик: либо мой мозг работает при таких условиях и старается с ними справиться, либо рискует просто выключиться при очередном неудачном падении. Всё остальное — мелочи жизни.

После того как я начала стабильный прием медикаментов и скорректировала свой образ жизни, я поняла, что, как всегда, слишком драматизировала: таблетки я переношу хорошо, а систематичность, которая появилась в моих буднях из-за эпилепсии, мне даже на руку. Я и не знала, что, когда ложишься спать и просыпаешься примерно в одно и то же время, чувствуешь себя настолько лучше. Мои биологические часы ликуют. Кроме того, благодаря таблеткам у меня пропали мини-припадки, о которых я расскажу позже, — оказывается, это они, а не мой характер привносили в мою жизнь разрушительной силы сумбур. А мне всё же не хотелось бы думать, что я — это моя болезнь.

Моя вынужденная подруга по жизни дышала мне в спину два с половиной года, настойчиво слала мне предупредительные звоночки, но я летала в облаках, думая, что это всё не про меня. Удивительно, как желание не замечать проблему может заглушить все доводы рассудка и относительной подкованности в медицинских вопросах. Я, как ни стыдно признаться теперь, надеялась, что припадки исчезнут так же неожиданно, как и начались, что это всё не про меня, что я просто слишком устаю — стресс и все такое. Увы, мне свойственна удивительная легкомысленность и беспечность, когда речь идет о сослагательном наклонении — о том, что еще не случилось, а только может.

После первого припадка я погуглила эпилепсию в Интернете, сильно засомневалась, что это всё про меня и благополучно обо всём забыла. Через два месяца он случился вновь. Уже дома. У меня в квартире было три уровня с лестницами — не самые лучшие ежедневные декорации для потенциального эпилептического припадка, особенно когда живешь один. Как раз с лестницы я и свалилась. Но и тут мне повезло! Как водится, я прокусила щеку и язык, но не более — так, пара ссадин на локтях. Возможно, именно поэтому я всё еще не воспринимала происходящее со мной всерьез. Хотя стоило. Ведь в тот раз, после приступа, я на автомате, не сознавая себя, сначала написала текст, который должна была сдать редактору, потом отправилась в супермаркет. В действительность меня вернуло то, когда на «Баррикадной» охранник брезгливо поморщился при виде меня со словами: «Чё, на стороне гуляла и *** получила?» Когда я вернулась домой, поняла, что у меня у рта, на подбородке и далее на шее засохшая кровь. Потом позвонил редактор в недоумении — текст, который я прислала, полная бессмыслица.

Использованные источники: www.wonderzine.com

Related Post